Тибетские каникулы


                Предисловие 
    Начало 90-х... Весёлые годы реформ, китайцы не зря желают своим врагам: «Чтоб тебе жить в эпоху перемен»... Обветшавшая система атеистических взглядов рухнула, и это привело к тому, что люди стали склоняться к эзотерике, пытаясь найти истину в мистике Востока и Запада. Среди огромного количества шарлатанов и людей неуравновешенных, редко, но встречались такие, кто действительно обладал особыми способностями, источником которых могло быть самое настоящее зло.
    Очарованный восточными учениями, я страстно мечтал о раскрытии своего потенциала. Сумасшедшая жизнь с её пьянками, гулянками и учёбой уже казалась мне пресной, никак не сравнимой с тем, с чем приходилось сталкиваться при усиленной практике.
    Мой ментор был против того, чтобы ставить во главу угла желание обладать сверхвозможностями, справедливо считая это крайностью, но тогда мне очень хотелось приобрести в своей жизни новый смысл, непохожий на стандартные рамки, которые задаёт общество. Так появилась цель попасть в сакральное место, заочное знакомство с которым состоялось ещё в школьные годы по книгам француженки Д. Ниэль «Тибет» и австрийского альпиниста Г. Харрера «Семь лет в Тибете».                                                                                                                           

               Рекомендация
    Московская квартира знакомого китайца была заставлена антиквариатом. Сидя на роскошной софе, он, усмехаясь, слушал мой рассказ о неудачной попытке нелегального перехода таджико-китайской границы.
    – Ты же не был достаточно снаряжён, – ёрничая, обронил Ченг. – Как ты собирался пересечь Памир?
От моих доводов о предназначении китаец просто отмахнулся. Для него не существовало трудных путей: если тебе дано что-то получить, то это, конечно, не с помощью героических усилий. Он признавал правильность принципа «максимум эффективности при минимуме затрат». Когда, уже устав от азиатского остроумия, я готов был послать любителя опия подальше к гонконгской матери, мой знакомый вручил мне рекомендательное письмо с адресом на конверте.
    – Возьми, – хрипло произнёс Ченг, – по этому адресу найдёшь специалиста по цигун, живёт в Пекине, посоветуйся с ним, он подскажет, как решить твою проблему.
Оформив необходимые документы, майским утром я вылетел на самолёте в Пекин.
                                                                                                                                    

                Встреча
    Встреча с мастером произошла в одном из «хутунов»: это старые районы отстоящие в стороне от современных и исторических построек. Мастер Джинхэй поразил меня своей безмятежностью – рядом с ним  возникает чувство, как будто попадаешь в плотную энергетическую атмосферу.
Общались мы на ломаном английском, и, казалось, он часами готов был ждать, когда я подберу нужные слова. Получив ночлег в одном из невзрачных домишек, я осматривал достопримечательности в ожидании обещанного проводника.
    Великая Китайская стена (участок Бадалин) из-за вызванных ощущений напомнила легенду о том, что при  её строительстве погибших простолюдинов хоронили прямо внутри стены. Наверное древние архитекторы таким сомнительным образом пытались усилить метафизические функции сооружения. Запретный город – Гугун – представился местом, где правители на протяжении многих поколений неизбежно теряли связь с реальностью. Самое приятное впечатление оставили несколько десятков мужчин и женщин разного возраста, практикующих в парке тай-чи.
    Конечно, я понимал, что путешествие в Тибет может иметь непредсказуемые для меня последствия, но сделал свой окончательный выбор.
    Поделившись некоторыми сомнениями об опасностях пути со своим новым другом, я только вызвал улыбку Джинхэя: "В погоне за мечтой... ищи жемчужины в своей реке".
    Тогда смысл сказанного не дошёл до меня.
                                                                                                                                      

               Дорога
    Выехали ранним утром на старенькой "тойоте", с учеником Джинхэя, который, к моей радости, сносно говорил по-русски. Черты лица моего проводника подсказывали о смешении кровей, но Веньян тщательно избегал этой темы. Багажник был полностью забит едой, вещами и канистрами с бензином.
    Ночью ненадолго задержались возле окраины города Сиань и уже к концу следующего дня прибыли в Синин – столицу провинции Амдо. Надо сказать, что китайцы ревностно оберегают дружеские и родственные связи, – в этом мне не раз пришлось убедиться за время путешествия. Остановились в частном доме, доброжелательно принятые главой семейства, который работал вместе с Веньяном в Хабаровске. Шестилетняя девчушка показывая пальцем на меня произносила одни и те же слова, используя мандаринский диалект. На мои требования сделать перевод все покатывались со смеху, но потом сказали, что она повторяет слова «большой нос».
    Утро провели в монастыре Таэр и получив там благословение, прибыли к озеру Кукунор, являющийся птичьим царством. Дальше медлить было нельзя, полюбовавшись красотами природы, мы поехали по бездорожью на своей видавшей виды машине в сторону границы, до которой добрались лишь по прошествии двух суток. Здесь загнали машину в сарай одной из деревушек в окрестностях Хетинсиринга.
    Нашей первой целью было озеро Намцо в округе Нагчу, переходы по тропам решили делать не торопясь, чтобы избежать приступов горной болезни. Температура воздуха днём колебалась в пределах +15 градусов по Цельсию, но ночью на высоте более 4000 метров над уровнем моря могла опускаться до нулевой отметки. Уже в первый день из-за монотонности продвижения стало казаться, что я родился в этой одежде с ботинками на ногах, бредущий по обледенелому склону со слезами на щеках, выбитыми из глаз ветрами с горных вершин. Перевал Тангла отнял много сил, в конце концов нами было принято решение выйти к трассе и договориться с водителем какого-нибудь автобуса или грузовика подвезти нас за сходную цену. Как выяснилось, подпольный бизнес в виде частного провоза сквозь военные посты просто процветал.
                                                                                                                                    

                Сон
    Ночью озеро Намцо представляло собой фантастическое зрелище: вода и горные цепи, залитые лунным светом, пирамидки из камней и молитвенные флажки – всё это казалось картиной неземного пейзажа.
Мы разбили палатку подальше от озера, стараясь не беспокоить паломников, и посвятили себя отдыху.
    В таком священном месте достаточно было перед сном полностью освободиться от мыслей, чтобы легко войти в состояние контролируемого сновидения. В одном таком сне я почувствовал, как неумолимая сила притягивает меня к острову, находящемуся на озере. Сознание нырнуло в пещеру, где, скрестив ноги, сидел тибетец, окружённый золотистым свечением. При моём появлении он взял в руки уродливую куклу и бросил в костёр полыхающий языками фиолетового пламени.
    – Это был твой камень на сердце, – произнёс отшельник.
    Проснувшись ранним утром, я заметил, что признаки горной болезни у меня исчезли. Моё прошлое предстало в чётком свете ясности, пришло осознание абсурдности суеты, стремление к необычному заменилось пониманием цели. К моему спутнику вернулась его обычная весёлость.
                                                                                                                                    

               Монастырь
    Мы отправились попутным транспортом в Шигацзе. Долина реки Цангпо имеет гораздо более богатую растительность, чем нагорное плато. Здесь было тепло. Вдоль дороги росли хвойные деревья и встречались луга, поросшие рододендроном.
    Водитель грузовика, оказавшийся сычуаньским китайцем, оживлённо обсуждал с Веньяном сложности работы в Тибете. Вдали показалась бесконечная гряда Гималаев. Приведя себя в порядок в отеле, мы вскоре оказались в резиденции Панчен-ламы – монастыре Ташилунпо.
    Запомнился храм Джампа, внутри которого находилась статуя Будды огромной высоты, сделанная по утверждениям монахов из золота и драгоценных камней. Но для меня особую привлекательность имел тантризм, преподаваемый наставниками монастыря. Монах, с которым удалось поговорить о традиции калачакры, объяснил, что учёба и подготовка ламы может растянуться на очень длительный период, и при расставании предсказал посещение России учителем тантры через несколько лет. Обратный путь показался лёгким. Все лишения были перенесены не зря – мы получили благую весть и теперь оставалось только ждать...

    В заветный день инициации в небе всеми своими цветами играла радуга... наставник посмотрел на меня как на давно знакомого человека... Так я обрёл свой путь.

Comment viewing options

Select your preferred way to display the comments and click "Save settings" to activate your changes.

Очень интересно! Спасибо ,за

Очень интересно! Спасибо ,за отличную статью

Благодарю за такую оценку

Благодарю за такую оценку моей статьи. К сожалению вместить в короткую статью, весь опыт связанный с духовными исканиями, невозможно. Да и пожалуй тогда реальные факты стали бы сильно похожи на коктейль из сказки и триллера.

Спасибо

Shankar, жаль,  что нельзя описать подробнее — видимо, это должна быть специализированная статья.

Остается чувство неудовлетворенности — слишком общее описание. Хотя читается с интересом, тем более что слог хороший.

Спасибо!

согласен

Да, надо было описать всё в гораздо большем объёме не обращая внимания на установленный заранее размер статьи. Представлялось, что специализация никого особо не интересует, но теперь понимаю, что это не так.

Отлично, красиво расписали,

Пароконвектоматысхемы вязания фотоОтлично, красиво расписали, еще бы фотогорафий... ммм...agalakovdv.rujanna-golubitskaya.runpanteleev.ru